Тактическая медицина на передовой: как организации помогают в обеспечении ребят всей необходимой номенклатурой
Тактическая медицина на передовой: как организации помогают в обеспечении ребят всей необходимой номенклатурой
24.10.2023 16443
С самого начала событий на Украине и проведения специальной военной операции, тысячи людей по всей стране стали стихийно объединяться в волонтерские движения. Они хотят помочь солдатам, защищающим интересы страны. Многие компании перестроили свои бизнес-процессы и стремятся помогать военным и бойцам добровольческих батальонов, находящимся в зоне СВО. Одна из таких организаций «РусСпецМед». Проект «Чувство Родины» поинтересовался у генерального директора компании Антона Борисенко, что сегодня требуется ребятам на передовой в первую очередь, и почему довольствие распределяется неравномерно?
Мы с Донбассом давно дружим. С 2014 года находимся в тесном контакте. А когда там стало совсем плохо, мы включились в полную силу. Год назад под частичную мобилизацию попали наши друзья и знакомые. Мы стали выяснять чем им помочь, как обеспечить. Что тогда, что сейчас в стране большой дефицит всего, поэтому постоянно нужно что-то искать, что-то делать и как-то помогать. С первых дней стали производить и отправлять на фронт различные вещи: подсумки, медицинские аптечки, эвакуационные стропы, а затем бандажи, пластыри и многое другое. В целом, обеспечиваем наших ребят всей номенклатурой тактической медицины.
Помимо этого, регулярно отправляем лекарства, одежду, дроны, тепловизоры. Мы в плотной связке работаем с некоторыми волонтерскими группами. Это ответственные и проверенные команды профессионалов.
- Например?
Есть такая группа «Мы с Донбассом», ребятам из Ростова-на-Дону, Самары, Москвы, Санкт Петербурга, Владивостока, Камчатки, Казани, Ярославля, Новосибирска и т.д. отправляем гуманитарные грузы. Они консолидируют в своем большом центре всю гуманитарку и распределяют по фронту по запросу от командования,начмедов и солдат.
- Расскажите о ваших коллегах, как вы объединились в команду?
- Посчитать всех я не смогу. Это большое волонтерское движение от Сахалина до Калининграда. С кем-то контактируем изредка, а с кем-то работаем в плотной связке. Объединяет нас чувство Родины и любовь к людям. Волонтеры и просто неравнодушные по средствам «сарафанного радио», форумом и чатов в социальных сетях узнают о нас, звонят и говорят, что нужна помощь в том-то и в том-то. Мы знакомимся, рассказываем о себе, так постепенно круг общения расширяется. Кто-то выручает нас, а кого-то мы. У нас есть своя группа в социальных сетях, а еще закрытые чаты для своих, там только проверенные, кого мы хорошо и давно знаем.
- Что сейчас особо требуется?
На этот вопрос нельзя ответить однозначно. Не секрет, что есть хорошо обеспеченные отряды. У них всего хватает, но бывают минимальные потребности: генератор заменить или один тепловизор на прицел. А те отряды и подразделения, что находятся максимально близко к линии соприкосновения нуждаются во всем вплоть до трусов и носок. В госпиталях часто не хватает инфузионных систем, случается, что их просто нет в наличии. Постоянно требуются жизненно важные препараты, такие как кровезаменители, например, «Волювен». Если раньше он был доступен практически везде и в аптеках, и у дистрибьюторов, то сейчас его найти - большая удача. Вероятно, какие-то проблемы с логистикой или производством, говорят, что он скоро просто пропадет с рынка. Импортные лекарства все сложнее найти, в основном только отечественные препараты доступны, и то не все и не всегда. Поэтому мы находимся в постоянном поиске и в решении вопросов: где закупить, как закупить и с кем отправить!
- Есть проблема с логистикой?
- В целом, проблем с доставкой нет. Есть очень много волонтерских чатов, где мы общаемся, объединяемся и помогаем друг другу доставлять грузы. Если в Донецк и Луганск въезд свободный, то дальше уже нужны пропуска либо с сопровождение представителей командования. Чем ближе к линии соприкосновения, тем сложнее туда проехать. А медицину туда просто так не доставить, по тендеру там ее не разыграть. Поэтому приходится крутиться, придумывать варианты, выстраивать логистику, чтобы помочь ребятам.
- Можно больше помочь, если бы не бюрократические барьеры?
- Бюрократические барьеры есть. Они порой очень мешают. Это если рассматривать этот вопрос на уровне госаппарата. А если взглянуть на эту проблему на уровне обычных людей, то здесь, наверное, большую роль играет человеческий фактор и понимание того, что вообще происходит.
К сожалению, большинство россиян живут отстраненно. Для них война – это где-то там далеко. Здесь у них все хорошо, а значит их военные действие не касаются. Но не хотят они принимать никакого участия лично пока их родственники, друзья или близкие не окажутся на линии обороны. И тут начинается совсем другая реальность.
- Почему же такое неравномерное довольствие: у кого-то есть всё, а у кого-то и одежды нет, и с медициной проблема?
- Здесь человеческий фактор играет большую роль. У одних бойцов есть родственники и друзья, которые активно помогают им. Не важно, где они на фронте или в тылу, но у них должно быть всё. Они консолидируются, создают чаты.
Есть администрации городов и сел, которые своих не бросают. Это тот самый надежный тыл. Но существует другая сторона медали. Как я говорил, что есть люди, которые отрицают происходящее. Есть чиновники, которые помогают только своим односельчанам, горожанам. Например, глава спрашивает: «Сколько в полку наших»? В ответ приходит: «два бойца», а дальше принимают простое решение: им мы поможем, а остальным - не будем. Но для того, чтобы мы это сделали вы должны написать рапорт, запрос, согласовать документ с командованием. Военные начальники этим заниматься точно не будут, тем более ради двух бойцов. Они даже ради целой роты не будут этим заниматься - задачи другие. Абсурдная ситуация по своей сути.
Так что одним родные помогают любым способом и любой ценой, а близкие других – готовы только деньги бойцов тратить и ждать… так что ситуация у всех с довольствием разная, и люди всякие.
- Вы сами ездили с гуманитарной миссией на Донбасс?
- Лично с гуманитарной помощью в зону СВО я не ездил, занимаюсь большой работой здесь. Свой ресурс здесь я могу использовать более эффективно, мы в тесном контакте с военными разных уровней и получаем информацию о медизделиях, которыми пользуются они и оппоненты, в этой связи мы можем улучшать, дорабатывать и создавать необходимое для наших ребят, работать над качеством и доступностью, в случае если появляется изделие с дефектом мы можем оперативно заменить т.к. ждать месяцами нет времени все нужно еще вчера.
Первоочередная задача тыла, это быть всем на своих местах и заниматься тем , что могут предоставить сейчас, для решения задач. Кто-то плетет сети и носилки, другие изготавливают печи и саперные кошки, они все готовы сегодня встать и везти необходимое, но тогда производство встанет и кто-то не сможет получить столько необходимое для сохранения жизни. Задача РусСпецМед, создавать необходимые, работающие, доступные и качественные изделия для сохранения жизни наших ребят, а так же мы безвозмездно отправляем лекарственные препараты для обеспечения госпиталей и медиков на передовой, это наша задача в тылу и мы стараемся выполнять ее максимально качественно.
Среди волонтеров есть команды, которые занимаются исключительно доставкой. Они сколачивают целые караваны из таких же инициативных ребят и едут по пять - десять машин. Покупают газели и фуры, чтобы доставлять все необходимое нашим защитникам Родины. Они знают куда ехать, у них есть маршруты, пропуска и связи. Каждый желающий туда попасть не сможет. А выписывать разрешения на всех желающих, как на экскурсию, чтобы они отвезли пачку трусов, никто не будет. Не дай Бог еще кто-то из волонтеров там пострадает, никто такую ответственность на себя не возьмет.
