03.06.2024 15386

Генпрокуратура не станет оспаривать приказ Департамента здравоохранения Москвы о введении выборочной прослушки разговоров врачей с пациентами в поликлиниках. Надзорный орган не увидел в инициативе рисков нарушения врачебной тайны и давления на неугодных врачей, о которых предупреждали пациентские и профсоюзные сообщества, не поддержавшие инициативу ДЗМ. По мнению Роскомнадзора, получать согласие пациента на прослушку его приватных разговоров с доктором вовсе не обязательно.

Ответ Генпрокуратуры на депутатский запрос опубликовал в своем telegram-канале зампред Комитета Госдумы по охране здоровья Алексей Куринный. «Приказ принят по результатам пилотного проекта по введению инструмента аудиоконтроля амбулаторного приема врача с учетом полученного положительного опыта и в целях обеспечения прав граждан на качественную медицинскую помощь», сказано в письме.

“Для осуществления каких функций или полномочий, предусмотренных законодательством, нужен аудиоконтроль не сообщается”, — прокомментировал письмо Генпрокуратуры Куринный.

Также его не удовлетворило отсутствие в ответе анализа законности сбора и хранения данных пациентов. Он не исключил, что московский проект — первый шаг на пути введения системы аудиослежения за работой докторов по всей стране и “продвижения критикуемого многими гражданами “цифрового рабства”. 

И поскольку контрольно-надзорные органы никакого криминала в приказе ДЗМ не усмотрели, единственная инстанция, где его можно попробовать обжаловать, — российский «справедливый и независимый суд», подытожил в прошлом врач-хирург Куринный.

О планах ДЗМ записывать, анализировать и спрашивать с врачей поликлиник за “неправильное” содержание разговоров с пациентами стало известно в конце прошлого года, о чем я тогда писал. Мотивами для ведения аудиоконтроля называли желание «повысить доверие между врачами и пациентами», стремление создать «новую культуру общения» (хочется понять, чем старая культура не угодила) и поступление жалоб «на формальное, не всегда уважительное отношение» с обеих сторон: от пациентов и докторов. 

Общественные организации по разному оценили новеллу. Президент НП «Национальное агентство по безопасности пациентов и независимой медицинской экспертизе», советник страховой медицинской организации «Капитал-МС» Алексей Старченко и сопредседатель Всероссийского союза пациентов Юрий Жулёв, что она в состоянии стать эффективным инструментом контроля за качеством медицинской помощи. Впрочем, они не исключили рисков утечек данных.

Президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский и сопредседатель Межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» Андрей Коновал, напротив, полагают, что приказ напрочь разрушает принцип врачебной тайны, юридически не проработан и может использоваться для давления на неугодных врачей (работаешь не по стандарту — получаешь выговор).

Подавляющее большинство (92%) опрошенных врачей высказались категорически против ведения аудиозаписи и контроля содержания диалога врача с пациентом. Две трети сообщили, что считают данную затею «издевательством над персоналом и пациентами».

"Разделяю мнение россиян, что применение аудиозаписи противоречит не только главному закону страны, но и в сущности медицинской практике и клятве Гиппократа. Письменный отказ пациента от аудиозаписи во время приема у врача, по исполнении ст. 24 Конституции России, должен быть прямым запретом, который медицинская организация не вправе преодолеть, под угрозой приостановления, прекращения действия лицензии", — сказано в обращении депутата Госдумы Ирина Филатова к министру здравоохранения Михаилу Мурашко.

«Я так полагаю, что должно быть, в любом случае, какое-то письменное согласие на проведение аудиозаписи приема, по аналогии с другими сферами. Потому что это, мне кажется, не будет работать без отдельного письменного согласия. Обычно мы даем согласие у врача на медицинское вмешательство, а здесь — на аудиозапись. По общей логике, требуется отдельное согласие», — констатировал адвокат, партнер компании «Королёв и партнеры» Иван Кузьмин.

Если же пациент откажется подписывать согласие на аудиозапись приема, правильным решением было бы провести после этого прием без аудиоконтроля, убежден юрист.

Однако, как я уже писал выше, у надзорного органа иное мнение на сей счет. Роскомнадзор считает, что обработка персональных данных пациентов в данной ситуации подпадает под исключения из Федерального закона № 152-ФЗ и не требует согласия пациента.

В начале этого года, под общественным давлением Депздрав внес изменения в приказ об аудиоконтроле «для гарантии обезличенности и безопасности». В документе уточнили, что записи будут храниться не более одного месяца, обособленно от электронной медицинской карты, без привязки к данным приема и персональным данным пациента и врача. Само собой, медорганизация будет нести ответственность за соблюдение режима врачебной тайны. 

Департамент также заявил, что в ходе «пилотного» применения “прослушки” в двух городских поликлиниках были выявлены ошибки, проведена работа по их исправлению, что в конечном счете поможет повысить качество работы ЛПУ.

ДЗМ даже предоставил эти данные газете “Коммерсант”: 81,7% записей не содержали блок «завершение приема», в котором врач убеждается, что пациенту понятны назначения и рекомендации; в 55% записей не удалось идентифицировать осмотр пациента. Были претензии и к тому, что многие доктора не уделяли достаточно внимания рекомендациям по образу жизни пациента и профилактике заболеваний. По мнению организаторов пилота, эти недостатки говорят о недостаточном уровне следования принципам ценностей: профессионализма, пациентоориентированности, уважения, доверия, доброжелательности и командной работы.

Машинная аналитика записей 45996 приемов, проведенных с отклонениями от стандартов, выявила, что в TOP3 ошибок входят:

• несоблюдение этики общения (65,2%),
• отказ от помощи (24,2%)
• и предложение платных услуг (5,8%).

После разбора полетов ситуация в поликлиниках — участниках эксперимента существенно улучшилась, сделал вывод ДЗМ. Так, количество приемов с оценкой «плохо» уменьшилось более чем вчетверо (с 1230 до 289), а с оценкой «хорошо», наоборот, увеличилось в девять раз (с 23 до 216). 

“Бывают случаи, когда пациенты недовольны результатами приема врача, — доктор был груб, не разъяснил назначения, не разъяснил тонкости диагноза или не полностью выслушал жалобы, был безразличен и так далее,— говорит главврач поликлиники №2 Москвы Наталья Шиндряева.— По результатам пилота, который проводился в нашей поликлинике, мы заметили, что пациенты стали получать больше информации о своем диагнозе, о своем здоровье. А если есть доверие, то пациент более трепетно соблюдает рекомендации и приверженность лечению”. 

Что касается врачей, то по мнению спикера, они стали более собранными, внимательными и доброжелательными. 

Стоп слова и стоп действия для врачей, осуществляющих прием в государственных поликлиниках

Содержащиеся в приказе рекомендации предписывают врачу:

– проявлять к пациенту «вежливость, доброжелательность, корректность и участие»;
– задать уточняющие вопросы о цели посещения и выслушать ответы;
– задавать вопросы «в доступной для пациента форме», при
необходимости разъяснять пациенту сказанное;
– внимательно изучить электронную карту пациента;
– донести до него важность всего объема назначенного лечения.
Во время приема, согласно документу, недопустимы:
– насмешки и подшучивание над пациентом;
– критика пациента, родственников пациента, коллег, руководства;
– использование сложной профессиональной терминологии, которая может подчеркнуть, что пациент в медицине ничего не понимает.

Список стоп-слов, которые приведены в приказе, невелик и содержит слова «девушка, женщина», «молодой человек, мужчина», «не получится», «ваша проблема», «невозможно», «нет, нельзя», предложения «Стоп!», «Хватит!», «Достаточно!», «Ясно!», обращения «Да, входите, слушаю» (вместо этой фразы приказ предписывает здороваться), «Что у Вас», «Здрасьте», повелительно-односложные «сядьте», «встаньте», «разденьтесь».

Вадим Винокуров

Другие публикации в этой рубрике: Пространство дискуссий

Для размещения Вашей информации на портале воспользуйтесь системой "Public MEDARGO"